Среда   17   Октября   2018 г.

Бабушка, а расскажи, как вы жили до и во время революции?

Автор: admin · Дата: 3 февраля 2018 · Прокомментировать

Бабушка, а расскажи, как вы жили до и во время революции?

С этим вопросом обратилась я, юная советская школьница к своей бабуле в 1975 году. Это было школьное задание: расспросить своих родственников об их тяжелой жизни при царе и составить рассказ. В те годы еще у многих были живы дедушки и бабушки, помнившие дореволюционную жизнь. Мои бабушка и дед 1903 и 1905 года рождения – простые крестьяне из сибирской деревни. Поэтому я приготовилась записать яркий рассказ-иллюстрацию к школьному учебнику из первых уст.

То, что мне рассказали, было удивительно и ново тогда для меня, поэтому я так ярко, почти дословно запомнила ту беседу, вот она:

- Жили мы, ты знаешь в деревне под Новосибирском (Новониколаевском), – начала воспоминания бабушка, – наш отец-кормилец рано погиб от несчастного случая: на него упало бревно, когда он помогал строить избу своему брату. Вот и осталась наша мама, твоя прабабка молодою вдовой в 28 лет. А при ней 7 ребятишек мал-мала-меньше. Младший в люльке еще лежал, а старшему едва минуло 11 лет.

Поэтому наша осиротевшая семья была самая бедная в деревне. И было у нас в хозяйстве 3 лошади, 7 коров, а кур и гусей никогда и не считали. Но работать за плугом в семье было считай что некому, много ли одна баба земли вспашет? А это значит, что хлеба в семье не хватало, до весны дотянуть не могли. А ведь хлеб для нас был всему голова.

Помню, на Пасху мама нам щей жирных наварит, в печке гуся целиком запечет, картошки с грибами в сметане в большом чугуне натомит, яичек накрасит, сливки, творог на столе стоят, а мы, маленькие плачем и просим: “Мамушка, нам бы хлебушка, нам бы блинка”. Вот так было.

Это уж потом, когда через три года старшие братовья подросли и пахать смогли хорошо – вот тогда мы снова как все зажили. Я уж в 10 лет погонычем была на пахоте – моя обязанность была отгонять от лошади слепней и оводов, чтоб они ей работать не мешали. Помню, собирает нас мать на пахоту с утра, напечет свежих калачей и один огромный калач мне на шею как хомут вещает. А я в поле от лошади веткой оводов отгоняю, да калач тот на шее своей ем. Да еще от себя-то оводов отгонять не успеваю, ох и накусают они меня за день! Вечером же с поля сразу шли в баню. Напаримся, распаримся, и сразу силы как будто заново берутся и бежим на улицу – хороводы водить, песни петь, весело было, хорошо.

- Подожди, бабуля, ведь везде пишут, что крестьяне совсем плохо жили, голодали. А ты другое рассказываешь.

- Для крестьянина, милая, земля – кормилица. Где земли мало, там и голодали. А в Сибири у нас тут земли для пахоты вволю было, так что зачем голодать? Тут разве может только какие-нибудь лентяи или пьяницы голодать могли. Но у нас в деревне, ты же понимаешь, что пьяниц вовсе не было. (Конечно понимаю, деревня то у них была староверческая. Люди все истово верующие. Какое уж тут пьянство. – Марита).

Тут и луга заливные с травой по пояс – значит кормов для коров и лошадей хватает. Поздней осенью, когда скотину забивают, пельмени впрок на зиму готовили всей семьей. Лепим их, морозим и в большие самотканые мешки складываем, и на лёдник спускаем. (Лёдником бабуля называла глубокий погреб со льдом, в котором температура всегда была минусовой – Марита). А пока лепим их, – наварим и уж так объедимся! Едим их едим, до того, что уже последний пельмень в горле встанет. Тогда мы, ребятишки, хлоп на пол в избе и по полу катаемся, играемся. Пельмени умнутся – так мы еще добавки поедим.

В лесу и ягоды, и орехи собирали. А за грибами даже и в лес ходить не надо было. Вот у нас за край огорода только выйдешь, да и не сходя с места ведро грибов наберешь. На реке опять же рыбы полно. Ночью летом пойдешь, а щурята маленькие спят прямо уткнувшись носом в берег, их надергать можно было много петелькой. Помню, раз сестрица Варвара и зимой нечаянно щуку “поймала” – пошла на прорубь белье полоскать, а щука ей в руку вцепилась. Варвара ну орать, а сама руку вместе с вцепившейся щукой под мышку – и бежит, мамку зовет. Уха была потом жирная.

Бабуля улыбается мне своей тихой ласковой улыбкой. Ах, бабушка, много бы отдала, чтоб только снова эту улыбку увидать, да поговорить с тобою. Бережно храню в памяти неспешные простые твои рассказы. И еще храню память о той любви, которой ты одарила и детей своих, и внуков и правнуков.

(на фото – реальная крестьянская изба в деревне Мартьяново, запечатленная 100 лет тому назад фотографом Прокудиным-Горским)

Фотография сельского сенокоса в верху поста,от того же фотографа. 1909 год. Обратите внимание: сенокос в дореволюционной сельской общине был делом общим, общинным.

*************************

***************************

Недавно на КОНТЕ я писала статью по воспоминаниям моей бабушки о жизни их крестьянской семьи в Сибири до революции. https://cont.ws/@marita/740… обсуждениях меня спросили, почему же сибирские крестьяне, не голодавшие в своих сибирских просторах, “не погнали революционеров ссаными тряпками” (это цитата моего собеседника)

Я ответила, что мои деды – простые крестьяне-староверы руководствовались установкой “Всякая власть от Бога” и в политику не лезли, и пообещала когда-нибудь описать пару эпизодов о гражданской войне в Сибири, которые рассказала мне бабушка. Всё как-то руки не доходили, но сегодня прочла статью Прихожанки “Для чего придуман миф о примирении “белых” и “красных”? https://cont.ws/@prikhojanka/7… и там встретила такие строки о том, что основной тренд посейчас “искусственно разделяет всех ТОЛЬКО на эти два лагеря, как бы «не замечая», что и в страшные годы революции и гражданской войны, и сейчас есть основная масса народа страны, которая ни за «белых», ни за «красных». Та, которая не желала ни Февраля, ни Октября. Та, которая была на ни стороне “белых”, ни на стороне “красных”. Та, которая была и остаётся НА СТОРОНЕ РОССИИ”.

В подтверждение этих слов Прихожанки, наконец напишу о тех двух эпизодах гражданской войны в сибирской деревне, о которых услышала от бабушки. Эпизоды короткие и к сожалению, не самые показательные, но уж “чем богаты, тем и рады”. Не обессудьте.

Эпизод первый.

“Мы жили и работали как всегда, а белые и красные воевали друг с другом, то вдали от нашей деревни, то возле нее, а один раз под вечер случился бой между ними прямо за нашу деревню. От выстрелов, от страха мы все разбежались за огороды, залегли за кустами и ждем, когда кто-нибудь из них наконец победит, и тогда бой прекратится и можно будет нам вернуться в дома. Но силы видимо были равны, ни те, ни другие не вступали в прямой бой, не заходили в деревню, а только перестрелку вели.

Рядом со мною в траве лежала наша соседка, которая шибко за свою корову переживала. Корова у нее была молодая, первотелка и только-только наконец раздоилась нормально. А тут как на грех такая оказия: время вечерней дойки, а мы в кустах лежим. Коровы же мычат, мучаются, вымя полное. Так и не утерпела соседушка – ползком, ползком, огородами пробралась она в свою избу, там схватила вилы, вздела на них наволочку да и выставила над своей крышей навроде флага. А так как наволочки у нее были красного цвета, то и получилось, что вот, якобы уже красные деревню заняли и флаг свой вывесили. По крайней мере, белые видимо так подумали и отошли. А красные в тот раз деревню заняли. Ну и мы довольные по своим домам к своим делам вернулись”.

Эпизод второй.

“Зимой отступали белые через наши края, через нашу деревню. Видимо сильно их уже побили, так как отступление было очень большое. Было среди них много раненых, больных, обмороженных. Для обеспечения отступления потребовали они в нашей деревне с каждого двора повозку, коня и возничего. И попробуй ослушайся! С нашего двора выпало мне возницей ехать. Бабы выли по нам – возничим, как по покойникам, понимали, что вряд ли нам удастся вернуться живыми домой. Пошла я коня запрягать в сани, а сама реву: “Мамка меня не любит! Нас семеро ребятишек, а она из всех именно меня выбрала!”.

На самом-то деле мама правильно сделала. Старших детей жалко было отправлять, ведь на них хозяйство держалось (отец-то у нас рано умер), а младшие не справились бы. А вот я была – серёдняя, мне тогда лет 14-15 было. Вот мы и поехали. Мороз тогда ударил уже хороший, хотя зима еще только началась. До другой деревни ехать далеко, и я где-то на полпути им предложила: “Есть тут в сторонке избушка лесничего. Избушка справная, дрова в ней всегда есть, можно обогреться, чаю напиться, а потом дальше поехать. Те обрадовались. Мы доехали до этой лесной избушки. Они скорее туда направились, а я делаю вид, будто коня привязываю да сбрую поправляю. Только последний в дверях скрылся, я в сани прыг и ну ходу! Так и удрала от них. Из всей деревни только я одна вернулась не только сама живая-здоровая, но и с конем. Остальные возничие гнали своих лошадей с оступающими , пока лошади не пали, и домой вернулись кто пешком, а кто и вовсе пропал навсегда”.

P.S. Жаль, что мало мы разговаривали со своими бабушками и дедушками – живыми свидетелями истории. Вот и у меня лишь некоторые отрывочные эпизоды сохранились. Тем ценнее каждый даже короткий такой отрывок.

===============

Рубрика: Новости · Запись имеет метки:  



Оставить комментарий или два